Как кировские челноки Турцию бороздили

История одной из тех, кто открывал в 90-х поездки в Турцию, Иран за дефицитными товарами народного потребления. - Ехать торговать меня заставила нехватка денег. Я работала в строительном тресте, заказов становилось все меньше, денег почти не платили. В 1990 году, я через знакомых узнала, что собирается первая группа для поездки в Турцию за товаром. Я решила рискнуть. Такой я азартный человек. Кстати, довольно долго я в этих поездках в Турцию была самой взрослой – всем ребятам не больше 25, а мне под 50. Огромные сумки мы наполняли детскими игрушками, столовыми приборами, различной хозяйственной мелочью. Добираться до Турции было долго – поездом до Сочи, несколько суток ждать корабля или самолета до Батуми. Потом двое или трое суток стоять в очереди, чтобы пройти через таможню в Турцию. Через границу всегда проходили ночью, чтобы была возможность договориться с таможенниками. Пробирались в пограничные с Азербайджаном маленькие турецкие городки — Сурмень, Трабзон. Три дня в Турции и обратно. Там я всю детскую одежду своих взрослых сыновей продала. Рано утром, перегоняя друг друга, бежали на турецкий рынок, чтобы занять приличное место. На земле раскладывали товар. Турки подходили, приценивались. Первое время писали на бумаге цену в долларах, на ней же торговались. Со временем, выучили турецкие числительные и основные вопросы, особенно слово «кашпора» - по-турецки значит сколько стоит. Радовались как дети, когда все продавали за три дня, на заработанные деньги покупали 2-3 кожаные куртки, не лучшего качества, а что подешевле. Позднее, когда научились «проходить» таможню, стали провозить в Турцию бензопилы, резиновые лодки, стиральные машины, телевизоры. А обратно везли ковры, спортивные костюмы «Пума», «Найк», шелковые наряды, джинсы, обувь, одежду из мохера. Однажды, возвращаясь из Турции, мы очень опаздывали. А тут, как на зло, шли сильные дожди и на Черном море был шторм. Дорога до границы на протяжении трех километров была размыта. Нужно было переходить через образовавшиеся на дороге ущелья. У нас в руках тяжелые сумки с товаром, за спиной рюкзаки с товаром. Проводниками были два молодых турка, они должны были довести нас до «нейтралки». Подходим к узкому, но глубокому ущелью. Турки перепрыгивают первые и тянут руки – будут ловить. А ты про себя думаешь – поймают или нет, удержат ли? Четверо наших девушек не стали переходить через ущелья и поехали на такси по горной дороге. А наших глазах, их машину смыло оползнем в ущелье. Война Рисковать тогда было обычное дело. В 1992-1993 годах мы знали, что в Абхазии идет война, но ездили по своему обычному маршруту — на теплоходе из Сочи в Батуми. Однажды мы договорились с капитаном большого сухогруза и всей группой разместились на палубе. В порте Поти на корабль ворвались вооруженные люди и заставили всех с вещами спускаться вниз на причал. Под криками и автоматными очередями мы с огромными сумками спускались по трапу. На причале нас заставили лечь лицом в землю, а сами стали обыскивать наши вещи. Руководитель группы пытался объяснить, что мы только проездом и у нас ничего опасного нет. В это время мы услышали автоматные очереди и крики. Мимо нас протащили на катер девять окровавленных трупов. Нашу группу посадили на автобусы и довезли до Батуми. Иран В 1995 году организовалась группа для поездки в Иран. Долетели до Ашхабада, там пешком до нейтралки и на автобус до пограничного города Мешхет. Везли с собой: хрусталь, оптику, новогодние игрушки, петарды, хлопушки, медицинскую технику. На границе визовый режим и досмотр очень строгий. В первую очередь, искали алкоголь. Парней тщательно досматривали, а для девушек досмотра не было – им к нам по религиозным законам прикасаться нельзя. Парни отдавали девушкам кассеты с порно, которые везли на продажу, а те прятали их у себя под одеждой. Перейдя границу в первом приграничном городке раскладываем на рынке – прямо на земле – свои товары. А рынки в Иране красивые – с фонтанами, мозаикой, узорной плиткой. Не успели разложиться с товаром – свистки – полиция. Оказалось, нам торговать можно только в магазинах, но кто туда пустит? Вдруг подходят ко мне два иранца и показывают знаками, чтобы зашла к ним в магазин. Предложили торговать у них, за небольшую аренду. Оказались очень порядочными – помогли все распродать, а в конце чуть не подрались друг с другом из-за складного стульчика – так он им понравился. По Ирану мы ходили в платках, «под булавочку» и длинных юбках. Нас предупредили, чтоб уважали обычаи. Двум нашим девушкам это надоело, и они захотели прогуляться по городу в своих обычных юбках, и сразу же попали в полицию. Мафия Работая на рынке, приходилось часто общаться с мафией. За то, что я работала на рынке, платила каждого шестого числа месяца – как зарплату. А рядом со мной работала женщина, она торговала одеждой из мохера, наотрез отказывалась платить. Тогда к прилавку подошел молодой человек, стал гладить лежащий на прилавке товар рукой и говорить какой товар хороший. А потом, когда он ушел, продавец заметила – что все что лежало на прилавке – разрезано. Парень лезвие в ладошке прятал. - Такими были первые шаги челноков-коммерсантов, - заканчивает Антонина Петровна. - Зарабатывали капитал потом и кровью, не воровали, выручали друг друга в трудные дни. В 1998 я закончила торговать потому что вышла на пенсию, да и внучка родилась. Я заработала на машину и двухкомнатную квартиру. В конце 90-х стало уже неинтересно торговать – рынок наполнился товарами, началась конкуренция, спрос стал снижаться.