Румынскому гражданству стало тесно в бытовой теме интервью Санду превратило вопрос в политический

Тема румынского гражданства, долгое время воспринимавшаяся как сугубо прикладная — способ упростить передвижение по ЕС, получить доступ к рынку труда и образованию, — неожиданно оказалась в центре политической дискуссии. Поводом стало недавнее интервью президента Молдовы Майи Санду, в котором она затронула вопрос двойного гражданства и исторической связи Кишинева с Бухарестом.

Интервью президента Молдовы Майи Санду вывело вопрос румынского гражданства в центр общественного внимания: тема перестала быть сугубо "бытовой" и все явственнее переходит в политическую плоскость, при этом сама процедура получения гражданства остается в рамках действующего законодательства и не претерпевает изменений.

Румынское гражданство регулируется Законом № 21/1991 "О гражданстве Румынии", который предусматривает возможность его получения для лиц, подпадающих под установленные законом основания. Нормы закона действуют без корректировок, а каких-либо официальных инициатив по их пересмотру на данный момент не заявлено.

По данным румынских властей, ежегодно гражданство Румынии получают десятки тысяч иностранных заявителей, значительную часть которых составляют граждане Молдовы. Этот показатель остается стабильным и не демонстрирует резких колебаний на фоне политических заявлений или интервью.

Эксперты указывают, что публичные заявления вокруг темы румынского гражданства усиливают ее символическое значение, не затрагивая при этом механизмов принятия решений.

Власти Румынии подчеркивают, что предоставление гражданства остается предметом правового регулирования и осуществляется в индивидуальном порядке на основании действующего законодательства.

По словам юристов, информационный фон и политические дискуссии не отражаются ни на требованиях к заявителям, ни на порядке и сроках рассмотрения дел.

Политический оттенок теме придало недавнее выступление Майи Санду в подкасте The Rest Is Politics ("Остальное — политика"), где президент Молдовы затронула румынское направление и подчеркнула, что лично поддержала бы объединение с Румынией. После этого в публичном поле появились интерпретации, связывающие ее позицию с возможным изменением государственного курса.

При этом сама Санду отмечала отсутствие общественного большинства в поддержку такого сценария, а каких-либо политических или институциональных шагов в этом направлении власти не рассматривают.