Почему одни дети заботятся и уважают пожилых родителях, а другие нет — и дело совсем не в воспитании
- 03:30 7 мая
- Ксения Узлова
Однажды многие начинают чувствовать невыносимую тяжесть. Не физическую — душевную. Телефон молчит, дети заняты, внуки не звонят. И возникает мучительный вопрос: почему меня перестали уважать? Его редко задают вслух. Чаще прокручивают в голове по ночам, когда не спится.
Женщина каждое утро подметала подъезд. Ей казалось, что чистота создаёт порядок не только в доме, но и в душе. В свои 74 она впервые спросила вслух: «За что мне такое?» Голос дрожал. Она жаловалась соседке, а та растерянно молчала. Сын, говорила она, всегда был её гордостью. Учился, получил хорошую работу, купил квартиру. А теперь трубку берет только после пятого гудка. Отвечает односложно: «Всё нормально, мам. Я занят». И бросает трубку. Приглашает к себе редко. А когда приезжает — сидит полчаса, смотрит в телефон. Даже чай не допивает.
Дочь, по словам женщины, бывает чаще. Но от этих визитов только тяжелее. «У тебя везде пыль», «Внукам тут находиться стыдно», «Соседи жалуются, что ты громко телевизор включаешь». Женщина молчит. А потом плачет в подушку. Руки уже не слушаются, зрение подводит. Она не ленится — она просто не успевает за своей старостью.
Самое обидное даже не в упрёках. Самое обидное — пустота. Чувство, что ты стал невидимкой. Что твоё присутствие никому не нужно. Что ты — только память, которую носят в себе из вежливости.
В такие минуты она вспоминает свою мать. Как та лежала в больнице, и она, молодая тогда, каждый день бежала через весь город. Несла бульон в термосе. Читала вслух газеты, потому что материнское зрение сдало. Кричала на ухо, потому что мама плохо слышала. И ни разу не подумала: «Я устала, не пойду». Просто шла. Потому что мама была святая. Теперь же её собственная дочь не может принести стакан воды без критики.
Как так вышло? Где случился перекос?
Психоаналитик Джеймс Холлис однажды сказал: отношения с другими никогда не бывают глубже и честнее, чем отношения с самим собой. Если человек годами терпит пренебрежение, если он молча сносит грубость, если он не умеет сказать «мне больно» и «так нельзя» — окружающие быстро учатся пользоваться этим.
Дети, даже повзрослев, чувствуют эту безотказность. Они видят: маму можно перебить, можно не перезвонить, можно приехать на час и уехать. Она не обидится. Она всё поймёт. Она привыкла. Так формируется невидимая трещина. Не из-за злобы. Из-за привычки брать и не замечать, что ресурс чужой жизни не бесконечен.
Как вернуть уважение, если кажется, что всё потеряно?
Психологи говорят: начните с малого. Перестаньте оправдываться за свои слабости. Не говорите: «Извините, я плохо вижу, поэтому не убралась». Говорите: «Я плохо вижу, мне нужна помощь. Разберись с этим сам». Перестаньте терпеть критику молча. Скажите спокойно, твёрдо: «Это моя квартира, и я живу здесь как могу. Если тебе что-то не нравится, можешь не приходить».
Это страшно. Кажется, что тогда дети совсем отвернутся. Но практика показывает обратное. Когда человек начинает уважать себя — даже в мелочах, даже на восьмом десятке — окружающие перестраиваются. Не сразу. Со скрипом. Но перестраиваются.
Одна женщина, мать троих взрослых детей, рассказала такую историю. Долгие годы она боялась сказать лишнее слово. Думала: поругаюсь — и внуков не увижу. Терпела и молчала. А потом вдруг заболела, попала в больницу. И никто из детей не приехал. Нашли время только через неделю. Тогда она сказала себе: всё, хватит. После выписки она изменила правила. Звонит только один раз. Если не берут — не перезванивает. На просьбы посидеть с внуками отвечает: «Сегодня не могу, у меня свои дела». Дети удивились. Потом возмутились. Потом — привыкли. И удивительное дело — стали звонить чаще. И даже спрашивать: «Мам, тебе что-нибудь нужно?»
Не потому, что испугались. А потому, что наконец увидели перед собой личность, а не функцию.
Виктор Франкл, переживший ужасы концлагеря, говорил: когда мы не можем изменить обстоятельства, мы можем изменить себя. Это не про самовнушение. Это про честный взгляд в зеркало: что я сам делаю такого, что мои границы ежедневно нарушают? И с какого завтра я перестану это терпеть?
Уважение не дают просто так. Его нельзя заработать прошлыми заслугами. Его можно только выстроить здесь и сейчас. Молчаливым отказом от роли вечной жертвы. Спокойным «нет». Ровным голосом, без крика и слёз, уточняет психолог и автор популярного Дзен-канала.
Не будет поздно никогда. Даже если сегодня телефон снова молчит. Даже если внуки смотрят сквозь вас. Начните с малого: скажите себе: «Я имею право на уважение». Это будет первый шаг к тому, чтобы другие наконец это услышали.
Ранее мы писали: Нейрофизиолог Бехтерева рассказала, как после 55 сохранить память и рассудок — 5 правил для бодрости и Два совета от Натальи Бехтеревой: слушайте только их — и проживёте на 20 лет дольше
Читайте также:
- Почему одни дети заботятся и уважают пожилых родителях, а другие нет — и дело совсем не в воспитании
- Вы случайно не отроверт? Психологи нашли третий тип личности — и у него есть свои особенности
- «Просто будь собой» и 5 других опасных советов, которые я больше не скажу детям: мой горький опыт
- Запомните одну фразу: она мигом покажет вам, чего на самом деле стоит мужчина
- Лень — не слабость: Лабковский объяснил, почему вы ничего не хотите делать